С июля 2018 года объекты информационных технологий (IT-объекты) могут являться самостоятельным объектом концессионных соглашений и соглашений о ГЧП. Позитивная реакция рынка на изменения законодательства не замедлила последовать: на стадии структурирования сейчас находится значительное число проектов, планируемых к реализации с учетом нового регулирования.
Открывая новые возможности для участников рынка, законодатель, тем не менее, серьезно отнесся к специфике IT-объектов, в частности, повышенным требованиям к обмену и хранению информации различного рода, в том числе в целях защиты публичных интересов. Так концессионером или частным партнером по соглашениям, заключаемым в отношении IT-объектов, не могут быть:
- иностранные физические лица и (или) юридические лица (для соглашений о ГЧП данное ограничение работает и в отношении прочих объектов);
- российские юридические лица, решения которых прямо или косвенно могут определять иностранные физические лица и (или) иностранные юридические лица, иностранные государства, их органы, за исключением случаев, определенных международным договором Российской Федерации, федеральным законом, решением Президента Российской Федерации.
Частной стороной по соглашениям о реализации ГЧП-проектов чаще всего выступает специально созданная проектная компания, отнесение ее к российской юрисдикции, как правило, является логичным и удобным для участников проекта решением. Реальные же интересанты проекта выступают собственниками компании или предоставляют такой компании необходимые денежные средства. Однако ограничение в части влияния на решения, принимаемые концессионером/частным партнером может существенно затруднить привлечение иностранных инвесторов к реализации ГЧП-проектов в данной сфере.
Ни Закон о концессиях, ни Закон о ГЧП не раскрывают, что понимается под «определением решений», однако на практике уже сформировался ряд подходов к определению прямого и косвенного контроля одного лица над другим. К прямому контролю относятся случаи, когда контролирующее лицо может оказывать влияние на политику, проводимую подконтрольным лицом в силу владения акциями/долями в уставном капитале. К косвенному – когда такое влияние обусловлено не владением активами, а договорными связями, например, корпоративным договором, договором доверительного управления и т.п. При этом трактовка косвенного влияния может быть довольно широкой: к такому влиянию могут быть отнесены ковенанты, закрепленные в кредитных или иных договорах, заключенных между контролирующим и подконтрольным лицом.
Иностранные инвесторы, желающие принять участие в ГЧП-проекте в отношении IT-объектов, должны крайне внимательно отнестись к данному ограничению, в частности, определиться со степенью погруженности в проект, которую они желают получить, и правовыми механизмами, которые помогут достичь необходимого объема возможностей.
В отсутствие сформировавшейся практики представляется, что проблема участия «иностранцев» в ГЧП-проектах может быть частично решена путем выбора правильных корпоративных механизмов для проектной компании, в частности, путем заключения корпоративного договора.
Информация, размещенная на данном веб-сайте, не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению без указания ссылки на компанию P&P Unity.
.jpeg)
